Филипп Пронин: как вор-фортификатор стал главным «крышевателем» российских обнальщиков и казино

Филипп Пронин: как вор-фортификатор стал главным «крышевателем» российских обнальщиков и казино

18 ноября 2025 г.

Михаил Журенков

Пронин, казино, обнал и потоки из России: как финмон стал крышей на теневом рынке.

Украинский финансовый барьер, который должен был блокировать российские пути обхода санкций, сегодня демонстрирует катастрофические сбои. А в центре этой проблемы — Филипп Пронин, руководитель Госфинмониторинга, чья работа всё больше выглядит как прикрытие нелегальных потоков, а не борьба с ними.

Человек, который обязан быть ключевой фигурой в финансовой войне против россии, превратил Финмон в теневой сервисный центр для обнальщиков, онлайн-казино, нелегальных платёжных платформ и серых потоков, питающих экономику агрессора.

FATF предупреждала открыто: россия наращивает теневую финансовую активность через страны, игнорирующие санкции, через полулегальные платформы, через торговлю продукцией двойного назначения, через киберсхемы и транзит грязных денег. Украина должна была быть голосом, который не замолкает, ведь именно по нам летят ракеты, сделанные на эти деньги. Но на пленарном заседании FATF в октябре 2024 года украинская позиция просто исчезла. Тема россии была сведена к технической ремарке, без акцента на обход санкций. И за это отвечал не абстрактный «государственный аппарат», а конкретный человек — Филипп Пронин, присутствовавший там лично. Его «участие» выглядело как участие статиста: без позиции, без инициативы, без результата. Страна, которая должна была требовать финансовой изоляции агрессора, получила тишину.

Эта слабость на международной арене логично дополняется тем, что происходит внутри Украины. Пронин — бывший глава Полтавской ОВА, где под его руководством было разворовано более 200 миллионов гривен, предназначенных для фортификационных сооружений. Схема была одновременно примитивной и наглой: фирма «ЭНКИ КОНСТРАКШН» получает 16 контрактов на 372 млн гривен, завышает цены, рисует поставки. Затем в цепочку встраивают «ПРІМУМ АКТИВ» — «прокладку», через которую деньги прогонялись, пока нужная часть не оседала в нужных карманах. НАБУ уже провело обыски, зафиксировало 14 уголовных эпизодов, арестовало имущество, расследует взятки, подкуп, схемы по броням от мобилизации и даже историю с BMW X7 за 3,5 млн. Но несмотря на всё это, Пронин по-прежнему руководит органом, который должен ловить коррупционеров, а не работать бок о бок с ними.

И это ещё не худшее. Вокруг Пронина формируется целая сеть влияния, где его жена Наталья входит в бизнес-структуры, связанные с окружением Фирташа. Анна Сологуб — директор «Тесоро Менеджмент», связанная с предприятиями Фирташа, долгие годы была частью ревизионной комиссии «Ровноазота». Именно в эту фирму заходит жена Пронина в 2024 году. Тесная связь с олигархом, который поставляет России титан и находится под международными санкциями, — уже сама по себе приговор. А то, что эти данные отсутствуют в декларациях Пронина, показывает уровень цинизма. Дом в Киеве? Квартира за 6 млн на тёще? Автомобили? Ничего в декларации.

Человек, который обязан контролировать теневые финансовые потоки, сам живёт так, будто закон — это формальность исключительно для других.

Вся конструкция складывается в системную картину: Госфинмониторинг не борется с российскими потоками, а обеспечивает им комфортные условия. Онлайн-казино, криптосервисы, нелегальные платежки, обнальные центры — всё это работает потому, что те, кто должны закрывать схемы, эти схемы контролируют. Чем больше серого кеша проходит через страну, тем больше рычагов получают те, кто стоит над Финмоном. Пронин — не просто чиновник, проваливший работу. Он — элемент вертикали, в которой теневой рынок живёт в симбиозе с государственными структурами и иногда работает эффективнее, чем легальный сектор.

Пока фронт каждый день нуждается в финансировании, в тени продолжают прокручиваться миллионы, которые должны были идти на оборону.

И главный вопрос теперь не в том, почему этот человек всё ещё на должности. Главный вопрос — кто именно обеспечивает ему неприкосновенность